«Бруно»: Рецензия Киноафиши
Загадка: Бруно, но не Джордано. Ответ: Саша Барон Коэн. Правда, в отличие от Джордано Сашин Бруно (или, вернее, Брюно, ведь в оригинале опус называется Brüno) – 19-летний австрийский фэшн-фрик, гомосексуалист и афроголик, мечтающий о двухметровом норвежце, обладателе черного пояса по минету, – отнюдь не интеллектуал и даже не антисемит, не в пример своему старшему «сводному брату» Борату, из фильма о похождениях которого граждане США почерпнули основные познания о далеком Казахстане и его обитателях. Между тем самого Сашу, сына ортодоксальных иудеев в бог весть каком поколении, еврейский вопрос волнует весьма жгуче, так что изображаемый им фриц-полукровка неспроста подбирает для фотосессии маленькую девочку на роль нацистского офицера, катящего тележку с еврейским ребенком по направлению к печке. Наш герой собирается стать не только «главным киногеем после Шварценеггера», но и «новой австрийской суперзвездой – после Гитлера». Разумеется, Уилла Смита он называет Вильгельмом Шмидтом, а Мела Гибсона, оказавшегося несколько лет назад в эпицентре антисемитского скандала, – просто Фюрером.
Вообще говоря, сюжет с приключениями недоумка Бруно, именующего себя «австрийским Иисусом» и «белым Обамой», построен как пародия на предельно субъективные публицистические расследования Майкла Мура, отсюда и налет документальности на самой манере съемки. Издеваясь над миром кино и моды, Саша Барон Коэн и режиссер Ларри Чарльз изображают свою недозвезду как «голубя мира» и «оказателя гуманитарной помощи». Подобно многим знаменитостям, он, побывав «в стране под названием Африка, где живут афроамериканцы», усыновляет местного ребенка (выменяв его на коллекционный iPod с песнями U2). Кроме того, наш герой пытается установить мир «в Средиземье», требуя, «чтобы палестинцы вернули пирамиды израúльцам», и торжественно провозглашая: «Индусы и евреи – друзья: это Ближний Восток… Не убивайте друг друга: стреляйте по христианам». Впрочем, ни миротворческие потуги, ни попытки сделаться великим папарацци не увенчиваются в данном тяжелом случае успехом (эксклюзивное интервью с Харрисоном Фордом, например, исчерпывается отрывистой фразой: «Пшёл на хер!»), зато удача приходит в любви. «Бруно» – не только завуалированная пародия на фильмы Майкла Мура, но в гораздо большей степени пародия на многочисленные (гетеросексуальные, правда) мелодрамы, где главное действующее лицо к финалу выясняет, что его/ее настоящая любовь весь фильм находился/находилась совсем рядом, нужно было только обратить на него/нее внимание. Впрочем, вся эта (анти)романтика на поверку оказывается изрядно сортирного образца. Бесконечные размахивания собственными и искусственными гениталиями, минет призракам, попытки «отказаться от парней, стать натуралом и найти общество анонимных членососов», несчастные хомячки, «задушенные в известном месте», салоны по отбеливанию ануса «Розовые щечки» и прочие прелести сладкой жизни североамериканского разлива затопляют экран, словно потоки из прорвавшей канализации. Конечно, можно, вслед за Сашей Бароном Коэном, усматривать – при некоторой натуге – известное звуковое сходство между словами «анус» и «Аушвиц», но лучше все же найти себе более осмысленное занятие.
Vlad Dracula
